?

Log in

No account? Create an account

Oleg Tischenkov / Олег Тищенков

Previous Entry Share Next Entry
tomcat
olegti

завтра выложу свежий котокомикс
я уже говорил, что сознательно не рисую их много
так вот в преддверии нового комикса некоторые слова, которые я говорил:

1 в интервью гаудеамусу >>

2 другому журналу, точнее человеку (из этого журнала) :) ), которому я премного признателен:

ОЛЕГ ТИЩЕНКОВ: «МИР ВОКРУГ ПОСТОЯННО ИЗМЕНЯЕТСЯ».

* * *

Анкета:
Имя: Олег Тищенков.
Возраст: 42.
Профессия: художник.
Еда: всеяден.
Время года: чтобы не скользко-мокро-холодно.
Музыка: акустика, альтернатив.
Город: Калининград, Торонто.
Книга: «Два».
Цвет: поддесетурированный оранжевый.
Настроение: радость.

* * *

Kadzuo Kiriyama: Олег, спрашиваю, как человек, совершенно не умеющий рисовать: этому действительно можно научиться?

Олег Тищенков: Я считаю, что люди, которые могут или пытаются выразить свои мысли и идеи с помощью карандаша, умеют рисовать уже по умолчанию. У меня вообще есть такая теория, что все умеют рисовать, но в каком-то возрасте кто-нибудь дал им по башке и сказал, например, что «птичка не похожа на птичку». Люди начинают комплексовать и начинают думать: «Так, все, это не мое!». У них включается какой-то такой непонятный режим, что «у меня не получилось, я – лузер». Все не так. Мне кажется, все всё умеют изначально.

КК: А твоя история как началась? В смысле, как художника…

ОТ: Ну, рисовал я, рисовал… Без фанатизма. Фанатизм в школе наступил: я стал от рисования получать удовольствие. В классе третьем-четвертом я запускал по классу листочки с разными сюжетами, все смотрели, ржали, кто-то что-то подписывал, подрисовывал… За это меня, конечно, из класса выгоняли. А умные учителя начали этим пользоваться: заставляли стенгазеты всякие делать… Класса с четвертого я понял для себя, что рисование – это мой способ самовыражения…

КК: Тогда давай проследим: сначала рисование «для себя», потом – стенгазеты. А потом?

ОТ: Дальше, в институте, было все те же самое: мы познакомились с хорошими ребятами, которые любили комиксы. И мы начали дурачиться, в эти комиксы «играть», рисовали те же стенгазеты. А какими они тогда были? «День энергетика», «На Седьмое Ноября»… Ну, были, конечно, нормальные праздники, типа «1 апреля» и «Дня студента»…

КК: Вычитал в одном твоем интервью, что для тебя «комиксы – это прикладное», а теперь получается, что ты с них начал?

ОТ: Ну, помимо комиксов, я много рисовал маслом, занимался авангардизмом, современным искусством. То есть, до начала двухтысячных годов я был очень продвинутый в этой области чувак. В локальном масштабе. Я тогда жил в Смоленске, у нас был свой клуб, свой «культурный бульон», в котором мы варились. Правда, потом все повырастали из этих штанишек… Это как рок-н-ролл: когда играешь на гитаре, ты получаешь одно удовольствие, а потом ты подрастаешь и понимаешь, что если игра не приносит денег, то этим нужно заниматься в другом режиме. Вот то же самое у меня возникло с современным искусством. Я получал огромное удовольствие: выставки всякие, критики, но когда на этом невозможно заработать, а тогда все это именно так и было, ты пересматриваешь свое отношение к предмету. Я закончил институт. В те времена начиналась тема с компьютерами, и я рисовал, и одновременно с компьютерами «общался». На смоленском телевидении появилась вакансия «компьютерный художник». Так я попал на телевидение и начал рисовать на компьютере.

КК: А сейчас что происходит?

ОТ: Я очень долго был художником и ведущим дизайнером в студии Лебедева, но я нарисовал все сайты, которые хотел, и когда этот процесс пошел уже по тридцатому кругу, я понял, что наступает день сурка. Это как в пятый раз объясняться в любви одному и тому же человеку.

КК: Удовольствие от работы получать перестал?

ОП: Я работаю в такой области, где всегда можно найти, от чего получить удовольствие. Внутри студии я мог заниматься разными вещами, не зацикливаясь на одном и том же. Например, мы с коллегами сделали иллюстраторское агентство, и все как-то стало двигаться в эту сторону. С тех пор я рисую и не жужжу: мне это нравится и нравится сильно. Сейчас я ушел работать удаленно: в какой-то момент у меня возникли семейные обстоятельства, и пришлось работать дома. То есть, раньше я был штатным художником, а теперь стал внештатным. В этом статусе я нахожусь всего месяц, поэтому пока не знаю – круто это или не круто. С другой стороны – у меня появилась возможность жить там, где я хочу.

КК: Чего еще тебе хотелось бы достичь в профессиональном смысле?

ОТ: Мне очень нравятся разные техники рисования, и очень часто мне хочется «попробовать еще вот так», много времени уходит на эти эксперименты. Например, в 3D уже давно не работал, еще – хочется сделать мультфильм… С другой стороны, я не хочу работать с людьми. Мне удобно работать одному.

КК: То есть, ты не согласен с утверждением, что максимально эффективная работа – в коллективе?

ОТ: Ну, пилить и носить бревна лучше, конечно, в коллективе. Делать телепередачи – тоже. Другое дело, что нужно сделать этот коллектив пальцами одной ладони – мало кто на это способен. И даже в случае успеха этого мероприятия, рано или поздно у каждого «пальца» появляется «своя ломота», и эта рука уже не так крепко держит свое орудие производства. Вообще, мне везло на тех, с кем я работал, но почти все проекты рано или поздно накрывались именно потому, что у людей появлялись свои амбиции, обиды, усталость, наконец. Со всем этим нужно как-то совладать, и это – отдельный труд.

КК: Давай теперь про «Кота» поговорим.

ОТ: Все возникло случайно и стихийно: когда-то давным-давно знакомые моих знакомых куда-то уезжали и оставили мне кота. Для животного это передвижение в пространстве было шоком, и кот очень сильно переживал. То есть, я понимал, что он меня не понимает. Самый первый комикс был как раз об этом. Еще некоторое время я рисовал такие сложные, достаточно заумные картинки о взаимоотношениях разных «природ», «разных зверьков», как я это называю. Поначалу зверь был просто котом, а потом я стал вкладывать в это разные смыслы, начал с этим играться. Поэтому в разное время наши «разговоры» выглядят как диалог братьев, друзей, отца с сыном, мужа с женой. А если совсем все обобщить, то это – истории о двух разных мирах, которые пытаются сосуществовать друг с другом или просто – найти общий язык.

КК: Сколько книг у тебя уже вышло?

ОТ: Самой первой была книжка «Кот», сделанная Тёмой Лебедевым. Мы с ним планировали выпустить еще одну: материала у меня было достаточно. Но дело зависло, а материал продолжал накапливаться, и я выпустил книжку «А?». На данный момент доступно ее второе, дополненное издание. «Кот+1» была сделана к петербургскому книжному фестивалю «Бумфест», который был посвящен тому, что разные художники сами издают свои работы, вроде «не ждите, что к вам кто-то придет и будет что-то для вас делать: делайте сами и не выпендривайтесь». Смысл был такой. И эта книжка сделала свое дело: я понял, что действительно незачем ждать издателей, когда можно взять и сделать что-то самому. Есть еще «Пес+1»: эта книжка сделана исключительно как коллекционное издание.

КК: И сейчас у тебя выходит книжка «Два».

ОТ: Книжка «Два» уже вышла в Питере, скоро будет в Москве. По идее, именно она должна была быть второй после «Кота», собственно я ее так и назвал. Есть некоторые планы по ее улучшению: будет переиздание. И, если все сложится, это будет хороший, большой, интересный сюрприз.

КК: О тебе поговорить хотелось бы. Каким ты человеком считаешь себя вообще по жизни?

ОТ: Считаю, что о себе говорить надо либо хорошо, либо никак… Я не знаю. Есть какие-то критерии, которых я стараюсь придерживаться, но ведь так тоже не всегда бывает…

КК: Конкретизируй, пожалуйста. Может, принципы какие-то?

ОТ: С некоторых пор я понимаю, что все жизненные принципы – это полная туфта. Нет, есть, конечно, десять заповедей, которые желательно не нарушать, но остальное – это все понты какие-то… На самом деле, я считаю, что главное в жизни – получать от нее радость и делиться этой радостью с другими. А остальное – приложится. Вот такие принципы у меня, очень простые.

КК: А если посмотреть с высоты твоего возраста – что в твоей жизни является основным?

ОТ: Черт его знает, я не могу сказать, потому что когда в очередной раз переоцениваешь что-то, думаешь, что все клево, а потом проходит время, и тебе кажется, что все это какая-то дрисня… И наоборот – какая-то мелочь может сыграть важную роль. То же рисование: я учился на инженера, не пошел учиться рисовать в институт, потому что в то время художники были алкоголиками, которые рисуют афиши в кинотеатрах. Но при этом, я с восемнадцати лет начал зарабатывать рисованием и каким-то там околохудожественным трудом. При этом, повторюсь, я не собирался к этому серьезно относиться, и, в общем, до сих пор не понимаю – насколько это все серьезно. Но так получилось, что я занимаюсь этим уже достаточно долго.

КК: Олег, твой способ сделать мечту реальностью.

ОТ: Вариантов два: не мечтать вообще, или пахать, чтобы достичь мечты. Но тут, понимаешь, тоже палка о двух концах: когда ты мечтаешь, ты видишь только хорошее, а когда достигаешь – понимаешь, что у мечты есть нюансы, о которых ты и не мечтал (смеется). Вот, собственно, к этим нюансам и нужно быть готовым.

КК: Как ты считаешь, как сделать отдельно взятого, гипотетического человека счастливым?

ОТ: Во-первых, нужно самому быть счастливым, и тогда счастье оно само к тебе притянется. Во-вторых, нужно очень сильно хотеть сделать кого-то счастливым… Я не знаю общего рецепта счастья, на самом деле.

КК: А лично для себя?

ОТ: Эти рецепты есть, конечно. Но все они работают, что называется, «в одно лицо», только в моем конкретном случае. Да и то, пока этот рецепт сформулируешь – он, скорее всего, уже перестанет работать, потому что мир вокруг постоянно изменяется. Последний комикс в книжке «Два» как раз об этом.

Опубликовано на blog.olegti.com



  • 1
>>С некоторых пор я понимаю, что все жизненные принципы – это полная туфта.
Мне вот однажды очень верно сказали, что "жизненные принципы - это те же суеверия и рамки". Это действительно мешает. А вообще хотелось сказать что вы правильно мыслите, очень позитивные установки 8)

  • 1